Ограничение взаимодействий с Западом разворачивает экономику России на Восток. В регионе MENAT ESG-повестка не менее активна, однако информации об этом недостаточно, и у российского бизнеса возникает немало вопросов
егодня ESG-повестка в России переживает трансформацию. Как и общее функционирование бизнеса, реализация ESG-проектов, а также достижение зеленых и социальных целей зависит от последствий санкционных действий и разрушения традиционных торговых и экономических связей.

«Экспортно-ориентированным компаниям необходимо отчетливо представлять обстановку на зарубежных рынках, поскольку от этого зависят продажи их товаров и услуг, — отмечает старший вице-президент по ESG Сбербанка Татьяна Завьялова. — Сегодня мы видим, как по всему миру с каждым годом растет внимание к ESG-вопросам, причем, вопреки стереотипам, это происходит не только на Западе, но и на Востоке. Более того, в ряде стран Азии, Африки и Ближнего Востока ESG-регулирование развивается еще быстрее, чем в Северной Америке и Европе».

РБК Тренды и «Сбер» открывают серию из трех обзорных материалов, посвященных ESG-повестке в странах, которые сегодня могут быть интересны российскому бизнесу. На основе материалов, подготовленных дирекцией по ESG «Сбера», мы расскажем, как обстоят дела с устойчивым развитием в трех макрорегионах: Центральной Азии; Ближнем Востоке, Северной Африке и Турции; Южной и Юго-Восточной Азии.

«Сбер» подготовил ESG-обзоры для 12 стран и одного специального административного округа (Гонконг). Исследования призваны помочь отечественному бизнесу разобраться в текущем ESG-статусе этих регионов и адаптировать свои стратегии выхода на новые рынки с учетом действующих требований.

Первый выпуск посвящен региону MENAT (Middle East North Africa & Turkey). Мы рассмотрим подробно пять стран — Турцию, Катар, Египет, Иран и ОАЭ. «Наше первое исследование в этом направлении поможет российским компаниям успешно вести бизнес с контрагентами в Турции, Катаре, Египте, Иране и ОАЭ. А в скором будущем мы выпустим аналогичные ESG-обзоры и по государствам Центральной, Южной и Юго-Восточной Азии», — добавила Завьялова.

Декарбонизация
Наибольшее количество выбросов парниковых газов среди рассматриваемых стран приходится на Иран. Более того, он занимает шестое место в мире по этому показателю. Все дело в активном использовании традиционных источников энергии — Иран находится на четвертом месте в мире по запасам нефти и на втором — по запасам газа. При этом Иран использует около 20% ВВП на энергетические субсидии для жителей, включая субсидирование цен на бензин. Так, например, доля Ирана в мировых субсидиях на природный газ составляет 33%, а на бензин — 35%.
Выбросы СО2, 2020 год

Выбросы СО2, 2020 год (Фото: РБК)
Меньше всего выбросов парниковых газов регистрируется в Катаре, однако страна лидирует по эмиссиям СО2 на душу населения и занимает второе место в мире по этому показателю. Также высокие выбросы СО2 на душу населения зафиксированы в ОАЭ — 20,7 т СО2 на человека. Этот показатель более чем на 30% превышает уровень США и в 4,3 раза больше, чем в среднем по миру.

При этом именно ОАЭ стали первым ближневосточным государством, ратифицировавшим Парижское соглашение, за ними последовали Катар и Египет. Иран — одна из немногих стран, до сих пор не принявших обязательства по Парижскому соглашению. В 2021 году власти Ирана заявили, что сделают это, только если санкционное давление на страну будет ослаблено. Турция ратифицировала договор лишь в октябре 2021 года, хотя подписала соглашение еще в 2016-м.

Даты ратификации Парижского соглашения
Даты ратификации Парижского соглашения (Фото: РБК)
Планы по достижению углеродной нейтральности пока существуют лишь в ОАЭ и Турции — государства планируют достичь целей к 2050 и 2053 годам соответственно. При этом главная стратегическая цель ОАЭ — диверсифицировать экономику и уйти от нефтяной зависимости в энергетическом секторе. Турции придется решать сложную задачу по отказу от угля — в 2020 году его доля в выработке электроэнергии составляла около 35%. В Египте, Иране и Катаре цели по достижению углеродной нейтральности пока не определены. Однако Египет выступает страной-организатором конференции сторон Рамочной конвенции ООН об изменении климата (РКИК ООН) — СОР 27, которая состоится уже в ноябре этого года. В связи с этим можно ожидать активизации работы и заявлений в области декарбонизации на страновом уровне. Также ни в одной из перечисленных стран пока не введены системы торговли квотами на выбросы.

Тем не менее движение в сторону декарбонизации и углеродного регулирования в регионе уже есть. Например, Египет утвердил Интегрированную стратегию устойчивой энергетики, согласно которой к 2035 году страна должна получать 42% энергии из возобновляемых источников. А Катар намерен к 2030 году снизить объемы выбросов на 25%.

Кроме того, правительство Катара планирует запустить механизм учета эмиссий парниковых газов к 2030 году. Главный климатический проект страны — чемпионат мира по футболу, стартующий в ноябре этого года. Правительство обещает сделать мероприятие углеродно нейтральным за счет использования возобновляемой энергии, покупки квот на выбросы, систем экономии воды и электричества.

Власти Арабских Эмиратов считают приоритетом развитие альтернативных источников энергии, выделяя существенные средства для поддержки этой индустрии. Но не все эксперты согласны с таким подходом. Так, международная исследовательская группа Climate Action Tracker считает зеленые политики ОАЭ «крайне недостаточными» из-за отсутствия ограничительных мер. Тем не менее еще в 2011 году более строгие экологические строительные требования были введены в Абу-Даби, в 2014-м — в Дубае. Также в 2014 году стали действовать стандарты экологической маркировки электропродукции. А в 2015-м правительство ОАЭ решило поэтапно отказаться от субсидий на бензин и дизельное топливо.

В Турции, Иране и Египте механизмов, контролирующих выбросы парниковых газов, пока нет. К середине этого года власти Египта планировали отменить субсидии на ископаемые виды топлива, но сроки были сдвинуты на 2025 год.
Структура выработки электроэнергии странами региона, 2020

Структура выработки электроэнергии странами региона, 2020 (Фото: РБК)
ESG-повестка создает возможности для развития новых отраслей, в частности для развития возобновляемой энергетики.

Наибольшая доля ВИЭ в структуре выработки электроэнергии наблюдается в Турции — уже в 2017 году за счет возобновляемых источников (включая гидроэнергетику) производилось около 30% местного электричества. А в 2020-м объем энерговыработки от ВИЭ составил 40%. Кроме того, два года назад Турция начала собственное производство солнечных батарей.

Катар в этом году планирует запустить крупную солнечную электростанцию (СЭС) — Al Kharsaah — мощностью 800 МВт. СЭС сможет обеспечивать 10% нужд страны в энергии, а ее работа позволит избежать 26 млн т выбросов СО2 в год. В Египте в 2020 году совокупная мощность солнечных батарей составляла 3,51 ГВт — они установлены на крышах около миллиона домохозяйств. Также на 2020 год в Египте вырабатывалось порядка 500 МВт за счет ветряных электростанций, а в скором времени планируется ввести 1340 МВт дополнительных мощностей. Эмират Абу-Даби в ОАЭ хочет обогнать катарскую Al Kharsaah и прямо сейчас строит свою крупнейшую солнечную электростанцию «Аль-Дафра» — она будет генерировать 2 ГВт электричества. В Иране развиты ГЭС — их совокупная мощность в 2020 году составила 13 ГВт (или 6,4% выработки электроэнергии в стране). Однако их доля в производстве энергии колеблется из-за изменений в количестве осадков. Согласно данным IRENA, в 2019 году доля электроэнергии от ГЭС в энергобалансе Ирана составляла 11,48%. Для сравнения: в 2018 году ГЭС производили всего 5,1% электричества.

Целевые показатели по выработке возобновляемой энергии
Целевые показатели по выработке возобновляемой энергии (Фото: РБК)
ESG-финансирование, инвестиции, регулирование
Устойчивое финансирование
Первые «зеленые» облигации на Ближнем Востоке выпустил First Abu Dhabi Bank в 2017 году. По данным на 2021 год, объем рынка ESG-облигаций в ОАЭ составил $11,4 млрд. При этом основная часть долговых бумаг в ОАЭ и других арабских странах приходится на сукук (исламские облигации с плавающим процентом, привязанным к прибыли кредитора), поскольку ислам запрещает облигации с фиксированной доходностью как одну из практик ростовщичества. Общая стоимость листинга сукук составляет $80,9 млрд.

$80,9 млрд — общая стоимость листинга сукук в ОАЭ

В Катаре для целей устойчивого финансирования банки используют специальные «зеленые» сукук. В Иране исламские облигации — тоже самый близкий к ESG инструмент. Общий объем сукук, выпущенных в Иране с 2011 года по август 2021-го, составил $20,5 млрд. В Турции ESG-финансирование пока развивается, но при этом популярность устойчивых финансовых продуктов из года в год растет. В 2020 году рынок ESG-финансирования в Турции составлял $4,2 млрд, из которых $3 млрд приходилось на устойчивые облигации, а остальное — на кредиты.

$4,2 млрд — объем рынка ESG-финансирования в Турции

$20,5 млрд — объем выпущенных сукук в Иране (2011–2022)

$0,6 млрд — объем зеленых облигаций, выпущенных Национальным банком Катара в 2022 году

В Египте рынок ESG-финансов сформировался только в 2020 году, хотя отдельные проекты и раньше получали «зеленое» и устойчивое финансирование. В 2020 году Египет выпустил первые зеленые облигации на сумму $750 млн — 46% средств пошло на совершенствование железнодорожного транспорта, а 54% — на устойчивое водоснабжение и водоочистные сооружения. В конце 2021 года правительство Египта получило кредит от синдиката ближневосточных банков, включая Emirates NBD Capital и First Abu Dhabi Bank, в размере $3 млрд — из них $1,5 млрд пойдут на развитие устойчивых проектов в рамках программы «зеленого» финансирования египетского Министерства финансов, остальное — на инвестиции в соответствии с нормами шариата. Правительство Египта намерено увеличить долю зеленых государственных инвестиций до 50% в 2024/25 финансовом году. Помимо этого у Египта есть и другой источник финансирования — страна эффективно привлекает зарубежные инвестиции на свои ESG-проекты.

$6 млрд — объем рынка ESG-финансирования в Египте

В 2016–2018 годах Зеленый климатический фонд (ЗКФ) инвестировал в египетские экологические проекты $294 млн. В 2020-м ЗКФ совместно с Евросоюзом и Европейским банком реконструкции и развития (ЕБРР) запустил две «зеленые» инвестиционные программы для Египта — €220 млн выделено на льготные кредиты и гранты малым и средним предприятиям на внедрение устойчивых решений. В 2020 году ЕБРР в рамках программы «Зеленые города» предоставил кредит €250 млн на строительство метро и развитие железнодорожного транспорта в Александрии. Также в 2020 году Всемирный банк выделил кредит $500 млн на программу строительства экологически оптимизированного социального жилья.

Также Египет активно взаимодействует с Европейским инвестиционным банком. С 2019 года были поддержаны проекты на общую сумму €926 млн, включая два проекта в 2021 году: модернизацию железной дороги Танта — Эль-Мансура — Дамьетта (€290 млн) и проект очистки сточных вод в Хелуане (€146 млн).

ESG в банковской сфере
Банки часто выступают драйверами развития рынка устойчивых финансов. В Катаре такую роль играет Национальный банк — в 2020 году он выпустил первые в стране «зеленые» облигации на $600 млн. Банк также финансирует зеленые проекты (не только в Катаре, но и в других государствах Ближнего Востока, Юго-Восточной Азии и Европе), проводит оценку климатических рисков, предоставляет отчетность о своей ESG-деятельности. Один из крупнейших турецких банков — Akbank — к 2030 году собирается выделить $11,3 млрд на проекты, связанные с устойчивым развитием. При этом в 2021 году устойчивые кредиты составляли около 30% от всех выданных кредитов банка.

Commercial International Bank (CIB) — лидер в египетских ESG-финансах. Именно он в 2021 году выпустил первые в стране коммерческие зеленые облигации на $100 млн — их полностью выкупила Международная финансовая корпорация. Кроме того, банк выдает зеленые кредиты и считается главным партнером государства в программах льготного кредитования по сокращению отходов, поддержке аграрного бизнеса и экологического комплаенса.

В ОАЭ банковский сектор — лидирующая отрасль по внедрению и поддержке ESG-повестки. В 2016 году крупнейшие банки страны подписали декларацию в поддержку правительственных усилий по реализации Парижского соглашения и национальных программ по экологии и устойчивому развитию. Многие начали добровольно вводить ESG-отчетность за несколько лет до того, как в 2020 году Управление по ценным бумагам и товарным рынкам обязало публичные компании, зарегистрированные на фондовой бирже Абу-Даби или Дубайском финансовом рынке, публиковать отчеты об устойчивом развитии.

В Иране данные о вовлечении местного банковского сектора в ESG-повестку отсутствуют.

Биржевой ESG
Биржи тоже играют большую роль в развитии системы зеленого финансирования и инвестиций. Катарская фондовая биржа присоединилась к глобальной инициативе ООН «Биржи за устойчивое развитие», а в 2016 году выпустила «Руководство по ESG» — рекомендации для эмитентов по раскрытию ESG-информации на добровольной основе. В 2021 году совместно с MSCI Катарская биржа запустила собственный ESG-индекс — MSCI QSE 20 ESG Index.

На Стамбульской фондовой бирже существует два индекса устойчивого развития — Индекс устойчивости BIST и Индекс корпоративного управления. Египетская фондовая биржа принимает активное участие в разработке ключевых документов по ESG-развитию страны. Еще в 2010 году совместно с S&P они создали биржевой ESG-индекс египетских компаний — S&P/EGX ESG. Он включает 30 из 100 крупнейших предприятий с лучшими результатами по ESG-метрикам. А в 2016 году биржа выпустила «Руководство по ESG» и «ЦУР отчетности» для компаний.

Фондовая биржа Абу-Даби подготовила руководство для компаний по ESG-отчетности, а Дубайский финансовый рынок в апреле этого года запустил ESG-индекс компаний ОАЭ — S&P/Hawkamah UAE ESG. В него входят 20 компаний с лучшими ESG-показателями — их список обновляется ежегодно. В Иране биржи не предъявляют компаниям ESG-требования. Отличается лишь биржа «Фара» — с 2020 года она сообщает о ключевых показателях устойчивости в своем годовом отчете. Также на этой бирже существует своеобразный сектор устойчивого развития — он предназначен для сукук.

Зеленая таксономия
Недостаточная ясность по поводу того, какие виды деятельности или активы можно считать устойчивыми, создает препятствия для масштабного внедрения механизмов зеленого финансирования. Поэтому страны разрабатывают таксономии — наборы критериев, которые помогают определить, насколько проект или финансовый инструмент соответствует критериям устойчивости. В странах региона подобные документы отсутствуют.

Однако в 2022 году в Турции было выпущено «Руководство по зеленым долговым инструментам, устойчивым долговым инструментам, сертификатам зеленой и устойчивой аренды» — оно опирается на «Принципы зеленых облигаций» Международной ассоциации рынков капитала (ICMA). Совет по рынкам капитала Турции предложил 50-процентную скидку на комиссию за выпуск финансовых инструментов в соответствии с «Руководством». А совет директоров Стамбульской биржи согласился на 50-процентное снижение листинговых сборов для соответствующих зеленых и устойчивых долговых инструментов.

В ОАЭ созданы «Руководящие принципы по устойчивому финансированию», которые содержат отдельные критерии для устойчивых проектов, включая рекомендации по использованию международно признанных таксономий (например, PRI, PRB, ICMA).

В июле этого года Центральный банк Египта тоже опубликовал «Руководящие принципы по устойчивым финансам». Среди них можно выделить шесть основных — развитие устойчивого финансирования и целей по созданию механизмов поддержки зеленых проектов, повышение доступности их реализации, включение элементов устойчивого развития в политики и процедуры банков, осуществление оценки экологических и социальных рисков и поиск решений для их снижения.

Раскрытие информации
В странах региона бизнес обязан раскрывать свою ESG-информацию лишь по требованиям определенных бирж.

Например, сегодня в Катаре ESG-отчетность добровольная, однако Катарская фондовая биржа хочет поменять статус рекомендаций по раскрытию информации на обязательный — это коснется всех листинговых компаний. В Иране и Турции обязательная ESG-отчетность тоже пока отсутствует. Тем не менее Совет по рынкам капитала Турции обязал листинговые компании учитывать показатели устойчивого развития в годовом отчете. Предприятия должны руководствоваться принципом «следуй или объясни» — либо рассказать о применении принципов устойчивого развития в своей деятельности, либо пояснить, почему компания ими пренебрегала.

ОАЭ стали первой страной Ближнего Востока, которая в 2020 году объявила об обязательной публикации отчетов по ESG для публичных компаний, зарегистрированных на Фондовой бирже Абу-Даби (ADX) или на Дубайском финансовом рынке (DFM). Публичные компании должны раскрывать информацию об устойчивом развитии в соответствии со стандартом GRI, а также дополнительными стандартами и требованиями, устанавливаемыми DFM или ADX.

Похожие требования действуют и в Египте. По итогам 2022 финансового года компании с капиталом, равным или превышающим 100 млн египетских фунтов ($5,2 млн), должны предоставить ESG-отчетность. А организации, предоставляющие денежные небанковские услуги, и зарегистрированные на бирже компании с капиталом 500 млн египетских фунтов ($26,1 млн) и выше должны отчитаться и о последствиях климатических изменений для их бизнеса. При этом некоторые египетские компании начали добровольно публиковать свои ESG-отчеты еще в 2016–2018 годах.

ESG-повестка в регионе MENAT набирает силу ускоренными темпами — некоторые инициативы уже запущены, другие — на стадии разработки, бурного обсуждения и подготовки к реализации. MENAT — развивающийся регион, а потому потребности в финансировании ESG-проектов здесь выше, чем на Западе. Можно ожидать, что в скором времени здесь появятся дополнительные механизмы регулирования и возможности для привлечения финансирования в ESG-инициативы. Познакомиться подробнее с политиками устойчивого развития в каждой конкретной стране можно в аналитических обзорах «Сбера».

Подробнее на РБК:
https://trends.rbc.ru/trends/green/cmrm/631f2a309a79471290d75942